Путешествие на двух ногах и четырех лапах. Сказочная повесть

Девочка по имени Ила живет в самом обычном волшебном доме, полном странных обитателей и магических существ. Ее мама пишет докторскую диссертацию, а говорящая кошка Маруся любит уединиться в библиотеке с учебником физики. В жизни Илы есть все. Все, кроме папы, пропавшего много лет назад. Неожиданно у девочки появляется шанс найти его, но дорога эта полна опасностей и неожиданностей. Решится ли на это Ила?

Глава первая: про калоши, нахального мотылька и загадочную книгу

Все пошло не так с самого утра. Сначала Ила долго не могла найти второй носок (тот спрятался в дальнем углу под кроватью). Потом спросонья перепутала зубные щетки и схватилась за мамину. А когда непослушные локоны нехотя сплелись в тугую косичку, Ила вспомнила, что сегодня ее очередь готовить завтрак. Обойдя пару живых калош, что неспешно собирались на прогулку, девочка прошла в кухню. Здесь ее ждал неприятный сюрприз.

В доме не было решительно ничего съестного. Точнее того, что можно было не готовить. Ни йогурта, ни тостов, ни даже пряников, на худой конец. Пришлось доставать муку. Янтарные желтки растеклись по белой горке, сверху на них полилось прокисшее молоко, потом щепотка соли, сахара и соды. Ила была мастерица печь оладьи, но только в хорошем настроении. Теперь же никто не мог предугадать, как поведет себя ее стряпня. Один оладушек как заговоренный скакал по сковороде. Он уворачивался от лопатки словно бешеный и в его ехидном шипении девочке слышалось: «Не поймаешь, не пойма-а-е-ш-шь…»

Наконец, Ила водрузила горку аппетитных пухлых блинчиков в центр стола. Перед этим пришлось смахнуть с него лягушку Марту, допивавшую вчерашний морс и убрать старый, пыльный словарь. На запах из разных углов дома потянулись домочадцы. Долговязый Пьер даже не сменил выцветшую полосатую пижаму и не снял колпак для сна, на кончике которого покачивался пурпурный помпон. Кошка Маруся царственно прошествовала к своему высокому стульчику и принялась вылизывать разноцветные лапы. Последней появилась мама, в ярко-синей брючной паре. Она сияла свежим макияжем, широко улыбалась — сна ни в одном глазу. Скорее всего, и вовсе не ложилась спать. Писала докторскую по магической травологии, вся в науке. Ила посмотрела на ее идеальное, темное каре и с грустью подумала о своих непослушных, пшеничных кудрях.

Пьер задумчиво полил блинчик медом.

— Сегодняшнее утро не для печали, — протянул он. Маруся пристально поглядела на Илу и насмешливо хмыкнула:

— Читать по ночам меньше надо…

— Ой, да отстаньте вы от меня с этой суетой, — раздраженно воскликнула Ила.

Никто не понял, о чем она, но расспрашивать не стали. Слушали Марусин рассказ — «Я вчера чуть не утонула! Правда, не вся, голова только. Умывалась потом полдня, но рыбок я этих все равно переловлю, как только народу на берегу станет меньше».

— Дорогая, — воскликнула мама Илы, — надеюсь, ты больше не заговариваешь с рыбаками? Это было бы неосмотрительно с твоей стороны.

Маруся снова хмыкнула, но промолчала. Женщина повернулась к Иле:

— Я обещала тебе съездить в фонарный питомник. Тот, в котором выращивают городские фонари. Там так интересно, экскурсовод настоящий энтузиаст своего дела. Знает о фонарях все-все.

Ила смущенно опустила глаза. За нее ответил Пьер:

— Ила нашла дедушкину книгу, ее теперь не вытащить из библиотеки.

— Книгу? — воскликнула миссис Леноман, хотя в ее тоне явственно послышалось: «Ту самую?!»

Маруся едва заметно кивнула рыжеватой мордочкой. Пьер пожал плечами. Смышлёная девочка уловила тон матери и жесты домашних.

— Что не так с этой книгой?

— Да, ничего. Все в порядке. Просто…

— Никто не знает, куда она приведет читающего, — договорила за хозяйку кошка.

— Хм, а что это значит?

Но кошка уже отвлеклась. Она подобралась на стуле, прижалась к сиденью и стеклянными глазами следила за мотыльком, усевшимся на помпон Пьера. Тот уловил ее взгляд и не глядя смахнул насекомое. Мотылек хихикнул, пролетел прямо перед носом Маруси, которая обомлела от такой наглости, и скрылся в печной трубе, прихватив со стола пару крошек.

— Твой дедушка был настоящим ученым. Возможно, кому-то его исследования казались странными. Он ведь не брал в расчет биологию или математику, даже магические их разделы. У него был свой путь, и он мечтал научить этому пути каждого на земле. Тогда, по его мнению, счастливых людей стало бы больше.

— Хм, сколько читаю, ни о каком пути ни слова…

— В том-то и дело. Для каждого книга оборачивается новой историей. Она будто знает, что уготовлено всем нам.

— Разве это не здорово?

— Как посмотреть. Не каждый, ммм, готов поменять свою жизнь ради какого-то мифического пути. Где гарантия, что книга не ошибается? Люди выбирают тихий быт, потому то книга и не стала популярной.

Ила подумала, что будь у нее такая возможность, она ухватилась бы за нее всеми силами. Что может быть скучнее, чем просидеть всю жизнь в старом доме. Пусть даже в нем куча чуланов, и лесенок, и потайных комнат, и живых обитателей. Ходить в школу, потом поехать в магический университет, потом выйти замуж и…все? Нет, нет, нет. Ила продолжит читать дедушкино творение, чего бы это ни стоило.

— А вы знаете того, кто дочитал ее?

Миссис Леноман, Пьер и Маруся не сговариваясь посмотрела на висящий у двери розовый зонтик. Он был весь в чудовищную ярко-красную крапинку. Это был зонт маминой старшей сестры, знаменитой ведьмы Агнессы. Она лечила людей много лет, прежде чем нашла ту самую книгу и в один прекрасный день исчезла. Ила едва ее помнила. Смешные шляпки на тугих желтых кудрях, необъятная фигура и веснушки никак не хотели складываться в единый образ. Конечно, тетка не пропала бесследно, пару раз миссис Леноман получала весточки. Их приносили в клювах первые грачи или передавали из-под полы торговцы передвижных ярмарок. Но никто не мог сказать точно, где живет ведьма и чем она занимается.

— Слава Богу, в ней почти тысяча страниц, — шептала позже миссис Леноман Пьеру, — может, ей надоест прежде, чем она дочитает?

— Конечно, миссис. А вы не думали, что все это выдумки? Ведь Агнесса вполне могла уехать в Африку, как мечтала. Почему не сообщила? А может это условия контракта, не разглашать местонахождение.

— Странно все это и даже откровенно страшно. Возможно, это самовнушение, а если нет? Что ждет мою девочку?

— Не переживайте, миссис. Ила у нас девочка умная и прочно стоит на ногах. Ее не так просто сбить с пути.

— Надеюсь, Пьер, ох, надеюсь…

Глава вторая, в которой читатель знакомится с домом и его обитателями поближе

Переделав домашние дела, Ила наспех закинула посуду в раковину, полила ее чистящим средством и особенным образом покрутила старый медный кран. Чашки и тарелки начали мыться сами, позвякивая и щедро поливая пол цветной мыльной пеной. Но Ила была уже в библиотеке. Она дошла до главы, в которой дедушка описывал секретную дверь на чердаке их дома. Через нее, по его словам, можно было попасть куда угодно. Ила сто раз была на чердаке, но, скорее всего, дело было в особой фазе луны или необычном заклинании. Так или иначе, она ее обнаружит.

Наверное, самое время рассказать о доме, в котором Леноманы проживали вот уже две сотни лет. Его построил прапрадедушка Илы, первый магический советник окружного мэра. В те далекие дни дом стоял на отшибе их городка, а вокруг располагался пустырь. Жители долго косились на подозрительный дом, который что ни день, так подрастал на этаж. Притом, что рабочих не было видно. Мистера Агалея, основателя рода Леноманов, такие мелочи мало беспокоили. Он работал не покладая рук два месяца, щедро снабжая дом потайными шкафами и оживляя то обувь, то подставку для зонтов. Слишком болезненными были воспоминания о широких, совершенно пустых коридорах приюта для подкидышей, где вырос волшебник. Там его фантазии не было применения, детскому уму было не за что зацепится: тоскливо серые стены и казенная мебель.
Теперь, когда он вырос, отучился и стал делать карьеру в политике, он мог построить такой дом, о котором мечтал. Итогом его трудов стало замечательное трехэтажное здание под бордовой черепичной крышей. Деревянные стены дома выкрашенные в приятный коричневый цвет не теряли яркости со дня постройки. А резные ставни и причудливые двери великолепно гармонировали с окнами самых разных форм. Это была причуда мистера Леномана — он не пожелал видеть в своем доме и двух одинаковых окон. Высокое крыльцо вело в крошечную прихожую, заставленную калошами и ботинками всех мастей. Стены ее украшали два сельских пейзажа, которые менялись в зависимости от времени года. Ила с младенчества обожала свой дом. Несмотря на то, что лично Агалея Леномана помнили только зеркала да пара особо древних калош, его дух обитал здесь всюду. Дух не терпящий бесполезного порядка и безрассудного послушания.
Если пройти сквозь прихожую прямо, можно было оказаться в милой гостиной, с камином и старинными креслами. Слева, сразу после входа под подозрительно высоким углом вверх убегала лестница. Конец ее терялся в непроглядной темноте. А справа была кухня, с древним высоким очагом, уютной русской печью и старомодной мебелью. Большую часть времени здесь можно было найти все, кроме еды. Книги, домашние животные, живые подставки для зонтов, залетные птицы, вышедшие из употребления метлы и старые игрушки постоянно загромождали и без того не пустующий обеденный стол. Таким дом представлялся случайным гостям. И только его жители и их близкие друзья знали, что за гостиной следует анфилада загадочных комнат, которые время от времени меняют свое местоположение. Темная лестница приводит в огромную залу, занимающую весь второй этаж, а третий отведен под спальни хозяев. Был здесь еще пыльный чердак и необычно светлый и уютный подвал, в котором хранился сидр для Дня осеннего равноденствия.
Честно признаться, всех закоулков дома просто не перечесть. Вполне может статься, что пока автор печатает эти строки, дверь, ведущая из гостиной, растворилась без предупреждения. А бедняга Пьер безуспешно ищет выход, запертый в хитроумных сплетениях комнаток и чуланов. Конечно, он всегда может вылезти в окно и оказаться в зависимости от времени суток у высоко крыльца, или на цветущем сорняками заднем дворике. Дом окружали высокие стены. Мама Илы сразу после свадьбы с ее отцом позаботилась о том, чтобы не шокировать благопристойных соседей шагающими деревянными лошадками или говорящими кошками.

На самом деле, кошка была одна, зато какая. Марусю миссис Леноман встретила много лет назад. Умозаключения образованного животного так поразили ее, что она не захотела терять ценного собеседника и пригласила кошку жить к себе. Маруся с радостью согласилась. Быть кошкой, гуляющей сама по себе приятно лишь тогда, когда тебя ждут теплая печка и молока блюдечко.

Отец долговязого Пьера служил в доме еще при деде Илы. Теперь его заменял внук, который, конечно, не был слугой, а настоящим членом семьи. Пьер из удовольствия начищал старинные медные подсвечники и мыл в библиотеке пол. Он любил дом так же, как все остальные. Как и Ила, он родился и вырос в его стенах. Раньше дом был полон народа, но так сложилось, что теперь их было четверо. Не считая жаб, живых калош, бронзовых слоников, гуляющих по каминной полке (которые внезапно появились откуда-то несколько лет назад), и дряхлых пауков на чердаке. Родители Пьера и дедушка и бабушка Илы ушли из жизни больше десяти лет назад. Девочка их совсем не помнила. А вот мистер Леноман считался пропавшим без вести. Ила спрашивала раньше у мамы про отца, но теперь подросла и знала, какие вопросы задавать не следует. Время от времени, она разглядывала семейный альбом, который валялся за шкафом в библиотеке. На единственном снимке молодой мужчина с копной пшеничных волос бодро махал стоя на вершине горы. В левой руке он держал древко флага, который почти не вошел в кадр. Мистер Леноман любил ходить в горы и делал это часто. Его уход солнечным майским утром дом даже не запомнил, так было тысячу раз. Тяжелый набитый рюкзак исчез вслед за обладателем, лишь на столике у окна остались забытые перчатки. Сколько бы их ни убирали, каждое утро они появлялись там снова еще много лет. Так дом показывал, что ждет хозяина несмотря ни на что.
Из той экспедиции не вернулся никто, шепнул один раз девочке Пьер. С тех пор в сердце Илы жила сумасшедшая надежда. Она всматривалась в пожелтевшее черно-белое фото и беззвучно раздвигала губы, примеряя непривычное слово «папа». Была на снимках и миссис Леноман. Ила не узнавала в высокой девушке с длинной темной косой маму. У девушки взгляд был мягкий, а губы вот-вот готовы были улыбнуться. Понятно, кто стоял по ту сторону объектива. Нынешняя мама носила модную стрижку и совсем не покупала платьев. Это было неудобно, замедляло темп. Бешеный темп, в котором жила миссис Леноман. Дом, семья, карьера преподавателя, докторская диссертация, полставки в лаборатории — мама Илы жонглировала обязанностями так, будто это не составляло никакого труда. Дочь старалась не мешать и с самого маленького возраста стала самостоятельной. Выучилась читать в четыре года с помощью говорящего словаря и с тех пор много часов проводила в уютной семейной библиотеке. Школа, домашние обязанности, развлечения были важны для девочки. Но каждый день фоном вспыхивала мысль о любимом высоком кресле и бесконечных шкафах. Мысль эта приносила радость.

Когда Ила нашла дедушкину книгу, та быстро захватила ее внимание. В ней рассказывалось об очень похожей на нее девочке. Ила читала ее, смеялась, находила утешение в тяжелые дни и приятно удивлялась, когда количество прочитанных и оставшихся страниц оставалось неизменным. Значит, удовольствия впереди еще много. Дом, в котором жила загадочная девушка удивительно походил на Илин собственный. И когда девочка дошла до описания волшебной двери на чердаке твердо решила обнаружить ее у себя. Оставалось узнать, что для этого нужно.

Глава третья, в которой Маруся посылает Илу за печеньем и открывает ей страшную тайну

Когда Ила доставала с верхней полки справочник «Магические двери, ворота и калитки», чуть не свалилась с шаткой лесенки. В довершение древние песочные часы пребольно ударили ее по макушке и укатились за диван. Девочка решила, что и не подумает доставать эту рухлядь, пусть коротают век в пыли, коли такие злые.

«Магические двери бывают трех видов, — читала Ила, — заговоренные, закаленные и заговаривающие. Первые приведут вас в любое место, кроме запрещенных законом областей междумирья. Вторые защитят жилище от осады и выдержат любой напор. Третьи отговаривают случайных посетителей заходить в дом. Но есть еще один вид порталов, который не учитывают официальные источники: так называемые заговоренные самопроявляющиеся двери. Они связаны с верхним миром и часто выводят людей не туда, куда те собирались попасть. Как и кем производится выбор, до сих пор остается загадкой. Именно поэтому большинство ученых предпочитает не замечать их вовсе, так как этот вид порталов ломает всю логику принятой научной магической системы (см. сноску 3). Тем не менее, следует упомянуть ту информацию, которой мы владеем. Заговоренные самопроявляющиеся двери проявляются в зависимости от веры желающих пройти сквозь них. Иными словами, для этого нужно обладать поистине детской верой в чудеса (которой ученые, по их словам, к счастью, не обладают, ибо факты, факты, факты…). Кроме того, чтобы открыть подобную дверь нужен верный друг, горсточка звездного серебра и весьма необычное заклинание…»

Дальше страничка обрывалась. Как жалко! Ила с досадой захлопнула книжку. Кому пришло в голову рвать магический справочник?! Меньше минуты понадобилось девочке чтобы понять, что уголок листа пропал не просто так. Значит, кто-то пытался открыть дедушкину дверь! И вполне может быть, ему это удалось. Возможно, заклинание найдется в магическом справочнике.

В дверь скользнула пестрая тень. Маруся вальяжно подошла к креслу, в котором с ногами сидела Ила, и уставилась на девочку янтарно-желтыми глазами.

— Не там ищешь, — небрежно обронила она

Ила недоверчиво на нее покосилась. А вдруг?

— Откуда ты знаешь, что я ищу?

— У тебя дедушкина книга открыта ровно посередине уже вторую неделю. Это значит, дальше только дверь.

— Так ты знала?! И ничего не рассказала?

— Допустим.

Кошка уселась перед хозяйкой и обернула пушистым хвостиком лапки.

— Допустим. И ничего хорошего это мне не принесло.

Усы ее чуть дрогнули.

— Почему тогда…

— Почему сказала, что не там ищешь? Кажется, нам без тебя не справиться. Кажется, все это время его искали не там.

Ила была сообразительной девочкой, но на этот раз ей понадобилась целая минута, прежде чем она возбужденно вскочила в кресле.

— Ты хочешь сказать?!

— Возможно, мр-р-р-р.

— А мама знает?

— Она взрослая, она не сможет.

— А он смог?

— А он никогда и не взрослел.

— А вдруг, — Ила медленно опустилась на вытертое сиденье, — а вдруг, он сам ушел?

— Исключено! — мявкнула Маруся. Шерсть на ее спинке вздыбилась от такой ужасной мысли. Но все это, лишь догадки. Мы с Пьером много лет ломали голову. Пока миссис Леноман искала его всюду там, снаружи. Он вполне мог все это время находиться, в каком-то смысле, внутри. Дом намекал снова и снова, а мы не понимали. Раз перчатки здесь, значит хозяин тоже.

— Маме нельзя ничего говорить.

— Исключено!

— И меня ждет куча опасностей.

— Наверняка…

— Значит, необходимо подготовиться.

Маруся уважительно посмотрела на девочку.

— Ты сказала, что я не там ищу. А где, там?

— За мной!

Хвостик стремительно исчез за дверью, Ила едва успела заметить, куда свернула кошка. Она ожидала потайной комнаты или спрятанной книги, но вместо этого они оказались в гостиной. Ила растерянно посмотрела сначала на камин, потом на кресла. Здесь даже искать негде.

— А искать и не нужно. Посмотри наверх!

Ила подняла голову и просияла. Гостиная была обита красным плюшем много лет назад. Он выцвел и местами обтерся, но золотой узор, что вился под потолком оставался таким же ярким, как и много лет назад. Девочка подошла к стене вплотную и разглядела крошечные буковки.

— А откуда ты знаешь?

Кошка кивнула на каминную полку, откуда со старой фотографии улыбался бородатый мужчина.

— Когда пришло время уходить, и больше никого не было рядом, он открыл мне свой секрет. Твой отец незадолго перед этим начал читать книгу, правда, никому не говорил об этом и ходил сам не свой. Дедушка все понял и решил подстраховаться. Так, чтобы еще кто-то знал.

— Где мне взять серебряную пыль?

— Ты вся в отца и деда, Ила. Идем, у меня завалялось немного с прошлого праздника.

Через полчаса бархатный мешочек с шуршащим содержимым был в кармане девочки. Перед этим она аккуратно, слово в слово переписала заклинание. Ила и Маруся стояли в крошечной комнатушке, всю стену которой занимало причудливое восьмиугольное окно. Сразу за стенкой была печная труба, поэтому в чулане тепло было всегда. Это была комната Маруси. Она устлала пол тряпочками и подушечками, а кошачьи сокровища хранила под вытертым изумрудным ковром. За окном росла раскидистая ива, по веткам которой любили скакать воробьи. Несколько секунд кошка напряженно следила за ними, потом отвлеклась на вопрос девочки:

— А ты пойдешь со мной?

На пестрой мордочке появилось возмущенное выражение:

— Ты думала, я отправлю тебя одну? Иди-ка собирай рюкзак, только чтобы мама не заметила. Мне тоже нужно подготовиться. Завтра миссис Леноман улетает на международный магический слет. Ее не будет два дня, должны обернуться.

— А Пьер?

— Он знает.

— Хорошо. Надо столько всего купить: батарейки, носовые платки, леденцы…

— Силы небесные, — проворчала кошка. Не без труда вытянула она из угла свой кошелечек и, держа в зубах, подала Иле.

— Прикупи еще соленых рыбок, пожалуйста!

Глава четвертая, в которой двери превращаются в зеркала, а зеркала в двери.

За окном брезжил розовый рассвет. Из-за приоткрытой ставни тянуло холодом. Ила натянула плед до подбородка и попыталась снова уютно укутаться. Хотелось досмотреть необычный сон. Там было что-то про двери, звездное серебро и чудовищную надежду. Внезапно, девочка широко раскрыла глаза. Это был не сон!

Внутри сереньким клубочком сворачивалась противная субстанция известная во все времена как страх. Привычным усилием воли, девочка отогнала его подальше. Вчера она основательно подготовилась к походу и правильно сделала, потому что волнение сегодня скручивало ее мысли в причудливую сумбурную мешанину.

Она слышала сквозь этажи, как звенит на кухне посуда. Мама наверняка варит овсянку и поджаривает тосты. Иле предстояло выслушать наставления и притвориться спокойной, даже скучающей. В этот момент дверь спальни скрипнула. Умная треугольная мордочка протиснулась в узкую щель. Ила улыбнулась, кошка кивнула и снова исчезла. Джинсы, толстовка, кеды. Волосы в тугой узел на макушке. Ила молниеносно почистила зубы и сбежала вниз, чтобы проводить маму.

Спустя сорок минут и полсотни советов, миссис Леноман, наконец, села в заказанное такси. Строгий кофейный комплект, причёска — волосок к волоску. Ила вздохнула, у нее так никогда не получится.

Пьер крепко-накрепко запер дверь и вывесил наружу лиловый замок. Теперь друзья знали, что Леноманов нет дома. Ила и Маруся основательно подкрепились на кухне, и вышли в прихожую, к Пьеру. Солнечные лучи косо падали на старинное зеркало сквозь мозаичный узор стекол на двери. Больше источников света не было и в глубине большой рамы, казалось, клубились тени. Ила вздрогнула. Машинально положила руку на комод. Перчаток не было. Это придало сил и она бодро зашагала за друзьями вверх по лестнице. Собранный с вечера рюкзак вмещал крепкий фонарик и запас батареек, заряженный сотовый (а вдруг?), бутылку воды и упаковку бутербродов, спички и перочинный ножик. Пьер добавил пару носков, а Маруся игральные карты. Теперь, по мнению собравшихся, все было готово к походу. Ила похлопала по карману, в котором шуршало серебро. Вытащила на свет сложенную четвертинку бумаги с заклинанием. Кажется, пора.

Привычный ход на чердак оказался недоступен, одна из дверей первого мистера Леномана самовольно покинула пост. Дом заставил их поблуждать, прежде чем они обнаружили вход на чердак у одной из бочек с сидром, в подвале.

День разгорался сухой и ясный, округа была залита медовым солнечным светом. Низкий, покатый чердак испещряли ласковые лучи. По балкам были развешаны пучки трав, а в углах хранилась всякая всячина: одежда Илы, из которой она давно выросла, вышедшие из употребления учебники, магические врачебные инструменты и другие «а вдруг когда-нибудь пригодится…»

Маруся и Пьер тщательно, сантиметр за сантиметром осмотрели помещение. Сошлись во мнении, что встать лучше в самый центр. Так и сделали. Ила затянула пряжки рюкзака, кошка прижалась к ее ногам. Пьер встал за ними, будто заслоняя от воображаемой опасности. Ила высыпала в руку звездный порошок и сжала кулак. Не без труда другой рукой вытянула нужную бумажку. Слегка запинаясь от волнения и с непривычки, прочитала загадочные строки. Раскрыла ладонь, зажмурилась и дунула. Стоять так скоро надоело. Девочка приоткрыла один глаз. Вокруг ничего не изменилось. Вид у Маруси и Пьера был растерянный. Первой изменения заметила кошка. Доски в дальнем углу, справа от окна едва заметно меняли вид. Тоненькие рейки разбегались по углам, сквозь стену проступали очертания большого прямоугольника. Не прошло и минуты, как волшебные метаморфозы завершились и перед друзьями появилась настоящая магическая дверь. Та самая, которую официальная магическая наука не признает. Несмотря на важность момента, Ила представила лицо мамы, которая увидела бы это, и хмыкнула.
Пьер сгреб в охапку кошку и девочку и сжал их так, слово разлука предстояла на век. Наконец, он нашел в себе силы отойти. Ила пожала ему руку и ободряюще улыбнулась. Если не боятся только дураки, то она определенно, дурочка. Точнее, страх где-то и был, но все заслоняла надежда встретить высокого мужчину с пшеничными, непослушными волосами и помочь ему вернуться домой. Ила взяла кошку на руки и подошла вплотную к двери. Вздохнула, обернулась на Пьера, а потом решительно повернула ручку. Дверь бесшумно распахнулась. Участники волшебного действа остолбенели. Перед ними раскинулась залитая солнцем их собственная прихожая, которую они покинули не далее, как полчаса назад. Правда, все было немного непривычным. Ила присмотрелась и поняла: шторы поновее, а фикус, достающий сейчас до потолка, еще совсем крошечный. Кроме того, в углу стоял большущий, доверху набитый рюкзак. А на комоде… В следующее мгновение в комнату вошел высокий, худощавый мужчина. Он весело улыбался, хотя глаза его были грустными. За ним вышла молодая, красивая девушка, с высоко уложенной прической. На руках у нее агукал младенец. Ила с ужасом узнала собственные ползунки, из которых еще до школы сшила флаг для пиратского корабля.
Девочка и ее кошка или кошка и ее девочка замерли. Но присутствующие их не видели или не обращали внимания. Рассчитав расположение предметов, Ила поняла, что они смотрят на них из зеркала. Мгновение и мужчина, крепко расцеловав домашних, подхватил рюкзак и выскочил за дверь. Женщина запоздало махала ему вслед забытыми перчатками. Крошечная Ила восторженно улюлюкала. Бедняжка не знала, что видит отца, возможно, в последний раз.

Когда прихожая опустела, Маруся подняла мордочку к лицу Илы:

— Нужно идти, дверь может закрыться.

— Туда?

— Да, девочка. Зажмурься и шагни вперед.

Ила так и поступила. Она боялась запнуться о раму, но вместо этого вышла из зеркала, как из широкой двери. Пару секунд она могла разглядеть в глубине зеркала встревоженное лицо Пьера, но скоро оно затянулось.

Глава пятая, в которой происходят совершенно невероятные вещи

Из кухни слышались приглушенные голоса, мирно тикали часы в гостиной. Ила не могла представить, что находится сейчас в двух местах одновременно. Конечно, необходимо было как можно скорее покинуть дом и последовать за мистером Леноманом. Они уговорят его вернуться и пройти сквозь зеркало. Да, сквозь зеркало. Только проговорив про себя эти слова Ила поняла, что звучат они ужасно глупо. Но других вариантов нет. Возможно, они смогут достать серебряного порошка и сделать другую магическую дверь? Почему не подумали об этом раньше? Найти папу казалось девочке самым важным. Но еще предстояло объяснить ему кто они такие и уговорить вернуться домой.

Только девочка и ее кошка собирались покинуть дом, как на лестнице раздались шаги. Едва слышные, но отчетливые. Топ-топ, топ-топ. Шерсть на спине Маруси встала дыбом, она инстинктивно прижала ушки к голове. Через пару мгновений к ним вышла красивая трехцветная кошечка. Ила остолбенела. Но Маруся была Марусей во все времена. Она внимательно посмотрела на непрошенных гостей, молча кивнула самой себе из будущего и невозмутимо исчезла в дверях гостиной.

— Так вот откуда ты знала.

— Я надеялась, что мне это приснилось…

Ила и Маруся выскочили на улицу, пока не встретили остальных домочадцев. Здесь девочку никто не знал, а трехцветных кошечек в их городке было немало. Ила представила, что они будут искать отца до темноты. Возможно, им придется отправиться в горы. Но, к счастью, фигура мистера Леномана маячила на ближайшем перекрестке. Он задумчиво смотрел на часы, удерживая коленями огромный рюкзак. Ила бросилась в его сторону.

Вот что странно, родная улица казалась в этом зазеркальном мире гораздо длиннее, чем обычно. Ила бежала со всех ног, но перекресток не приближался ни на шаг. А в следующее мгновение случилось непоправимое. Крошечный автомобиль ярко-лимонного цвета лихо затормозил перед ее отцом. Тот просиял. Распахнул дверцу и запрыгнул в салон. Мгновение и машинка взвыла, подняв кучу пыли, и исчезла вдали.

Девочка не могла поверить, что упустила его. О том злополучном походе она не знала ничего. Ни места, ни компании. В этот момент к ней подошла необычайно крупная крыса. Она встала рядом, обреченно глядя вслед автомобилю. «Вот так так, — сказала она, — сначала эффект темпорального отклика, теперь это…»

— Что, простите? — пропищала Ила.

— Что, что, тебе тоже немного осталось. Смотри, уже шерсть пробивается.

Узнав ее голос, Ила в ужасе вскинула руки. Уши странным образом сместились вверх, округлились и были жесткими на ощупь. Руки становились короче. Девочка посмотрела на обернувшиеся лапками родные ладони и впервые за последние десять лет заплакала.

— Какой еще темпоральный отклик? Да как я покажусь на глаза родному отцу?

— Ну, кошке оборачиваться крысой — приятного мало. Так что, мне хуже, чем тебе. А теперь не ной, слезами делу не поможешь.

— Ты хотела сказать — горю?

— Горе, это когда непоправимо.

Ила вскинула глаза, в которых блеснула надежда:

— Значит, мы можем снова стать собой?

— Конечно! Время злых фей, накладывающих невозвратные заклятья, давно прошло. Здесь одна наука. Не может быть рядом двух одинаковых девочек и совершенно одинаковых кошек. Вот мы и обернулись теми, кто был к нам ближе всего.

Ила с отвращением взглянула на подвальное окошечко миссис Баркинес. Стать крысой, брр. Даже в страшном сне не приснится!

— Что же нам делать?

— Придется обратиться к старухе Грин.

— К этой ведьме?! Мама говорит, она ни разу в жизни ничего позволительного не сделала. Только то, что противоречит законам, государственным и человеческим. Слышала о девочках, которых она превратила в собак?

— Конечно, — кивнула крыса Маруся. Но раз она может превратить в, значит, может и заклятье вспять обернуть.

Ила обреченно застонала. Рюкзак пришлось дотолкать до кустов и спрятать поглубже. Теперь его было не поднять. Дом ведьмы Грин находился на самой вершине холма, вокруг которого раскинулся их город. Ила и Маруся основательно выдохлись, пока добрались до обветшалого высокого здания, обшарпанные стены которого едва прикрывали густые заросли плюща. Маленькими лапками очень неудобно взбираться в гору, а о том, чтобы опуститься на четвереньки, Ила и подумать не могла.

К счастью, старуха была дома. Подружки скреблись так громко, как могли, пока она их не услышала. К ней ходил разный люд, поэтому вид двух крупных крыс ничуть ее не удивил.

— Входите, коль пришли, — проскрипела она. Отвернувшись, схватилась за поясницу и побрела вглубь дома. Ила и Маруся переглянулись, потом одновременно шагнули следом. Если бы не необычность ситуации, ведьмин дом показался бы Иле интересным. Тут было столько загадочных приборов, причудливых картин и самого странного вида растений. Они свисали с потолка и обвивали полки, ползли вдоль стен и почти полностью закрывали дверные проемы. Ила изумленно смотрела на многочисленные шкафы, уставленные статуэтками. Сотни и сотни фарфоровых, бронзовых и серебряных фигурок стояли в ряд на ведьминых полках. Неожиданно ловко обернувшаяся ведьма проследила за направлением ее взгляда и хмыкнула:

— Ходют тут всякие, — она откинула со лба прядь длинных, непричесанных седых волос, — а мне разбирайся с ними. Ходют, ходют, отвлекают от важных дел.

На мордочке Маруси было написано: «Знаем мы ваши дела».

— Мы ненадолго, — пискнула Ила.

В конце коридора располагался мрачного вида кабинет. Шторы плотно завешены, кругом пыль и запустение. Ведьма прошаркала к вытертому креслу, опустилась в него со стоном. Дотянулась рукой до письменного стола и толкнула кривым пальцем красивые песочные часы на подставке. Они перевернулись, и из верхней части тонкой торопливой струйкой стал уходить серебристый порошок.

— Время пошло, — неласково пробормотала она, скрестив руки на груди, и мрачно уставилась на гостей.

Глава шестая, в которой Ила получает первую подсказку, но совсем не понимает ее

Ила недоверчиво ощупала лицо. Ура! Усы пропали! Да и роста она была прежнего, бочка у водостока приходилась ей как раз по пояс. Маруся удовлетворенно смотрелась в лужицу, ее возвращение прежних усов наоборот несказанно радовало. Ведьма буквально вытолкала их из дома после совершения странного ритуала. Ила слово в слово запомнила непонятную песенку старухи Грин:

Кость, что мрамора белей

Принесите мне скорей.

В город мертвых путь так сложен,

Одурманит иль поможет?

Гоблинский котел к тому же

Будет мне потом так нужен.

Вы достать его сумейте

И живьем сбежать успейте!

Ну, а после в самой чаще —

Сизой, мрачной и густой,

Раздобудьте мне на счастье

Сундучок один простой.

Сундучок, котел и кость.

Слоник бронзовый подскажет

Вам с чего все началось,

Больше — никаких поблажек!

Ведьма бросила в едва горящий камин пучок сиреневых трав, которые мгновенно окутали неприглядный кабинет плотным дымом. Она приплясывала вокруг Илы и Маруси, бормотала загадочные строки, махала руками и страшно вращала глазами.

Как только наши героини оказались на улице, дышать стало легче. Ум прояснился и подружки вспомнили, на каком условии помогла им ведьма. В срок до семи дней должны они принести ей три предмета: кость из мертвого города, гоблинский котел и сундучок, что висит в самой глухой чаще.

— У нас нет семи дней, — огорченно вздохнула Ила. Мама вернется уже завтра.

— Пьер поможет протянуть еще пару дней. Другое дело, что в зазеркальном мире больше недели оставаться нельзя, мы можем окончательно потерять себя и не вернуться домой. Попробуем выполнить условие ведьмы и разведать, куда пропал твой отец. Не унывай, мы только начинаем!

Первым делом Ила и Маруся забрали рюкзак, подъели бутерброды в ближайшем парке и начали строить планы. Девочка предлагала, пока не стемнело отправиться в мертвый город, а Маруся хотела сначала поговорить с гоблинами. Просто купить у них котел не выйдет. Для ведьмы они ничего не продадут, так как являются злейшими врагами. Да и денег у них столько не было.

— Хорошо! — Ила стряхнула с колен остатки крошек и решительно поднялась, — будь по твоему.

Вдалеке раздался гул мотора. Мгновение и перед изумленными путешественницами пронесся до боли знакомый желтый автомобильчик.

— Я знаю! Знаю, кто это! — всплеснула руками Ила, — это же мистер Баер, папин друг!

В машине он был один и вид имел при этом крайне испуганный. Как могли быстро, девочка и кошка помчались вслед. К счастью, долго бежать не пришлось. Завернув за угол, машина притормозила у темного паба, под названием «Бородавка гоблина». Мистер Баер выскочил из автомобиля и исчез за дверями питейного заведения. Ила и кошка проскользнули следом и тихонько притаились в углу. Новый посетитель торопливо прошел к бару. За ним равнодушно проследили немногочисленные в дневное время посетители.

Отсюда они заметили, что мистера Баера трясет. Он опрокинул три рюмки подряд, которые ему предложил здоровенный, мрачный бармен. Утер рот рукавом и, обернувшись к залу, стал рассказывать, ни к кому особо не обращаясь:

— Мы! А потом она! Выскочит! Все наружу! А он! Смеется! А она! Ка-а-ак превратится!

Ему понадобилась еще рюмка, чтобы прийти в себя.

— Ведьма! Ведьма! — прокричал он, хотя его никто не слушал. — А Патрик давай смеяться, он не видел, что это она, она… Я побоялся ехать, а он пошел все равно. Дверь ему там была нужна. Какая теперь дверь? Бедный, бедный Патрик!

Бедняга нес явную околесицу, но одно Ила поняла точно. Патриком звали ее отца, и с ним случилось что-то плохое. Они перешли дорогу какой-то ведьме, и теперь он в опасности. Она нерешительно подошла к осоловевшему мистеру Баеру и потянула его за рукав:

— Дяденька, что же было дальше?

Мужчина подслеповато посмотрела на Илу:

— Мы не могли раньше встречаться? Нет? Что-что. Патрик ушел в горы, к Сизому ущелью. А я бросил его. Я плохой друг… Мы сбили ведьму, а она прокляла нас. Ну, как можно было не испугаться. Вот… А Патрик ушел…

Эта тирада забрала у мистера Баера остаток сил, его голова рухнула на барную стойку, он захрапел. Совершенно не обращая на него внимания, бармен уставился на Илу:

— Где твои родители, девочка? Вход только с восемнадцати.

Он вышел в зал и медленно пошел на девочку.

— Все в порядке, друг! — раздался низкий голос, — девочка со мной.

Ила с облегчением обернулась к спасителю. Но тут же испугалась еще больше. На нее щурился здоровенный, грязно-зеленого цвета гоблин.

Глава седьмая, в которой Иле и Марусе пришлось полезать в печь

Гоблин положил руку на плечо девочки, медленно поднялся и повел ее за собой. Коленки Илы ослабли, до того ей было страшно. Он вывел ее на задний двор за пабом. Здесь стояли штабеля коробок и росли робкие одуванчики. Гоблин поправил куцую жилетку, вытер об нее крупную ладонь и протянул Иле. Собрав все свое мужество, она обеими руками вцепилась в пальцы, напоминающие гигантские сардельки.

— Роберт, — пробасил гоблин.

— И-и-ила, — прошептала девочка.

Новый знакомый отпустил ее руку и наклонился к кошке:

— Говорящая, похоже?

— А что, заметно? — рассердилась Маруся.

Гоблин выпрямился, упер руки в бока, поднял голову и стал резко, как поршнем, выталкивать из горла воздух: «Ха!Ха!» Ила стояла и думала, что не такой уж он и страшный. Если не обращать внимания на крупную дубину, привязанную к поясу. И на острые клыки. И на огромные, просвечивающие уши. Отсмеявшись, он снова стал мрачным.

— Признавайся сразу, девчонка, что делаешь в таком месте, куда даже взрослым человекам заходить не следует?

— Мы мимо шли…

— Так, — гаркнул гоблин, — отвечай по правде, иначе…

Он помахал перед носом девочки кулаком размером с большую кастрюлю.

— Не иначе как ведьмина шпионка ты. Мужичка этого, плюгавого выслеживала?

Наконец, Ила взяла себя в руки:

— Нет. То есть, да. Но мы не ведьмины шпионки. Я папу искала.

Роберт угрожающе смотрел на нее и, кажется, Ила готова была позорно разреветься. Внезапно лицо гоблина прояснилось.

— Ну, нет так нет, — приготовился уйти он.

В этот момент вперед вышла Маруся. Все это время она изучала нового знакомого и своим острым кошачьим чутьем поняла, что в деле получения котла нужно применить кристальную честность. Коротко и толково объяснила ситуацию. Выслушав ее, гоблин виновато опустил глаза.

— Коли бы не для ведьмы… Да и как его заберу-то, котел у нас дома один. Меня мама заругает.

Ила огорченно вздохнула.

— Ну, если только, — продолжил он.

— Если только что? — строго переспросила Маруся.

— Если только у мамы попросить…

Девочка вскинула брови и отчаянно стала делать знаки кошке за спиной гоблина. Гоблинское поселение было последним местом, куда бы ее отпустили. Там царили дикие порядки. Маруся невозмутимо кивнула Роберту:

— Идем.

Через пятнадцать минут город покидала по узкой тропе странная процессия: здоровенный гоблин, худенькая девочка и пестрая кошка. У первых двоих вид был унылый, а у Маруси решительный. Роберт уже пожалел о своей минутной слабости, а Ила откровенно трусила. Когда они дошли до первых грубо сколоченных домов уже смеркалось. Жители поселка подозрительно косились на гостей, провожали взглядами.

Наконец, Роберт остановился перед одной из дубовых дверей. Он нерешительно постучал, правда, со стороны это выглядело так, будто он хочет ее выломать. Вслед за этим раздался такой рык, что гоблин интуитивно присел:

— Входите, кого там черти несут на ночь глядя!

«Папа уже дома», — пробормотал Роберт. Его страх, как ни странно, вселил решимость в Илу. Она толкнула его в спину, заходи, мол.

Перед гостями открылся невероятно уютный вид. Стол размером с комнату Илы был накрыт разнообразными яствами. В гоблинском смысле, разумеется. Были тут и непропеченная, хрустящая трехлетняя картошка, и каша, в которой застрял нож, и пирог с капустой и рыбой. У Роберта, весь день шатавшегося по окрестностям, потекли слюнки. А вот у Илы и Маруси, наоборот, в горле встал ком. Кушанья разносили по кухне стойкий, сбивающий с ног аромат, напоминающий то ли о футбольной раздевалке в разгар сезона, то ли о давно не проветриваемом подполе. Едва ли Ила могла представить гоблина еще более громадного и грубого, чем Роберт. Но трудиться ей не пришлось, его крупная версия находилась сейчас перед ней. Отец ее нового друга воззрился на вошедших без малейшей любезности. Его жена застыла у печи с подносом. Нечасто можно было встретить в их поселении людей, тем более, маленьких. Обе стороны помнили, как несколько веков назад главным деликатесом для гоблинов считалась человечина. Говорят, в дальних уголках Африки все еще сохранился этот варварский обычай. И хотя все цивилизованные страны отказались от него, люди все равно сторонились гоблинов.

Когда Роберт сумел втолковать отцу, зачем они пришли, Ила успела устать. Маруся так давно вылизывалась, сидя на одном из огромных стульев. Но пусть вас не вводит в заблуждение подобная непонятливость. На самом деле, гоблины довольно хитры и часто таким образом выжидают, пока непрошенный гость или неуместный проситель уйдут восвояси несолоно хлебавши.

Самое время рассказать о том, что такое котел в доме гоблина. Это не совсем та посуда, в которой варят кашу и кипятят грог. Семейный котел для них, особая реликвия. Ценность, которую хранят на самом видном месте и которой хвалятся перед гостями. В голодное время гоблинская магия позволяет варить еду буквально из ничего. Только в особом котле, разумеется. Было такое сокровище и в семье Роберта. Ила сразу увидела небольшой медный, начищенный до блеска котелок, висящий над камином.

Когда отец семейства понял, что гости просто так не уйдут, он устало повернулся к столу.

— Что же за род такой, что детей посылают дела расхлебывать? Сколько тебе? Двенадцать? Ну и ну.

Пока он говорил, Маруся незаметно спрыгнула на пол и начала копошиться в рюкзаке Илы. Потом прошла к столу, поставила передние лапки на колени девочки и подала ей небольшую коробку. Карты. Ила глазами спросила: «Зачем?» Кошка незаметно кивнула в сторону хозяина.

— Я пришла к вам без хитрости. И котел мне этот очень нужен. Если хотите, позвольте выиграть его в честной схватке?

И выложила карты на стол. Маруся была очень умной кошкой, она хорошо знала, что азартность гоблинов известна гораздо шире, чем хитрость. Жена пробовала отговорить мужа, но тот ни в какую. Игра так игра. Тем более, старый гоблин был уверен, что без труда обыграет маленькую девочку.

Но он ошибался. Долгими зимними вечерами Пьер обучал ее тонкостям карточной игры. И хотя тут многое зависело от везения, хитростей тоже было много.

Маруся прятала довольную мордочку, Ила сидела опустив лицо, плохо скрывая торжество. Она обыграла старого тролля по всем фронтам. Тот сидел печально опустив руки.

Ила думала, что дело в шляпе, но в этот момент в дверь раздался громовой стук. Посуда на столе запрыгала в такт ударам.

— Открывай, старик! Мы знаем, у тебя там люди. Они якшаются с ведьмой, а ты их принимаешь?! Немедленно выдавай предателей!

Ила вскочила и подхватила рюкзак. Маруся запрыгнула к ней на плечи. Глаза у них были как плошки от страха. «Бум! Бу-ум!БУМ!» стонала дверь под тяжестью десятка кулаков. Наконец, гоблины опомнились. Мать Роберта пребольно схватила Илу за плечи и подтолкнула к печи. Девочка грешным делом подумала, что ее хотят съесть, пока не заметила, что под жерлом печи есть полукруглое отверстие, из которого дует сквозняк.

— Лезь, глупая, скорее, — сипела ей на ухо гоблиниха. Времени раздумывать не было и Ила со всей скоростью, на которую была способна, полезла вперед. Она едва влезала в узкую нору, потом стало чуть просторнее, и через несколько минут она вылезла на опушке леса на самом краю поселка. Во всех домах горел свет, а из жилища Роберта раздавались крики и невнятный шум. Подхватив кошку и имущество, Ила бросилась наутек. Сожаление душило ее, слезы подступали к горлу. Скоро она устала и пошла тише. Маруся спрыгнула, пошла рядом. Они обе так устали от переживаний и бега, что почти не удивились, когда их нагнал Роберт. Он протянул Иле ржавый котелок.

— Я вспомнил, Ила, у нас ведь дедушкин есть. Он давно умер, но котелок же все равно гоблинский, правда?

От всей души девочка обняла нового друга. Он смущенно переминался с ноги на ногу довольный своим поступком. Расстались они настоящими приятелями.

К исходу ночи Ила и Маруся добрались до домика ведьмы. Она долго и придирчиво рассматривала котелок, но, слава Богу, приняла.

Глава восьмая, самая короткая

Проснувшись в уютном шалашике из листьев, Ила и Маруся доели свои припасы, выпили воды из ручья и начали думать, что делать дальше. Город мертвых был гораздо страшнее, чем десять гоблинских поселков вместе взятые. Но идти было нужно и пока остатки храбрости не оставили их, девочка и кошка вновь зашагали по тропинке прочь от человеческого жилья. Правда, теперь совсем в другую сторону, нежели накануне.

Когда они дошли до высоких мраморных ворот, солнце стояло еще высоко и это подбадривало. Ила понятия не имела, как им достать кость, необходимую ведьме, но делать нечего. Она взялась за серебряный молоток и три раза постучала. Только что мир был наполнен щебетом птиц, стрекотом кузнечиков и шумом недалекой мельницы, но тут разом все стихло. В полной тишине звон от ударов эхом разнесся по долине: «До-о-онн, до-о-о-онн». После чего ворота медленно стали открываться внутрь.

Перед Илой раскинулась широкая, абсолютно белая улица. Величественными колоннами, изящными застывшими фонтанами и зеркально-гладкими тротуарами встретил город мертвых девочку и ее кошку.

Они вошли.

Никого не было. Ни души, ни звука, ни голоса. Маруся шла близко-близко к девочке, задевая хвостиком ее ноги. Ила больно сжала кулаки, чтобы не думать о том, кто может на них смотреть из пустых окон молчаливых домов. Когда они прошли пару сотен метров, страх начал отпускать девочку. Вокруг, действительно, никого не было. Может, просто войти в город было недостаточно?

Как только она об этом подумала, над ухом раздался шепот:

— Умница…

Он задел ее как кончик нежного крыла и не принес страха. Голос показался знакомым. Ила обернулась, но не увидела ворот, хотя все время шла прямо. Она решила, во что бы то ни стало, найти жителей и попросить то, что ей нужно. Но сколько бы она ни сворачивала, никого не было. Через двадцать минут, а может часы спустя, колонны и фонтаны начали повторяться. Кто-то водил Илу по кругу. Она посмотрела вниз, на Марусю, но та глядела вперед прямо и пусто, как обычная, не говорящая кошка.

Когда Ила решила, что ничего не выйдет и нужно возвращаться, какое-то время она шла назад. Не пропустила ни одного поворота, но ворот не было. Не было выхода из мертвого города. Сердце девочки застучало чаще. Не вернула папу, пропала сама. Что будет с мамой? Она взмолилась, чтобы давешний шепот помог ей снова, но кругом была тишина. Ила пошла быстрее, кошка смирно следовала за ней. Наконец, они побежали, девочке стало казаться, что за ними кто-то гонится. Она бежала, не разбирая дороги, то вправо, то влево. Ныряла в мраморные арки, скользила на поворотах, пересекала пустынные площади.

Это был лабиринт.

Лабиринт без выхода.

Наконец, девочка выдохлась. Она остановилась у большого фонтана и зажмурилась. Сердце бешено колотилось. Едва уняв его, она начала размышлять и припоминать все, что слышала о городе. Но проблема была в том, что мысли путались и не хотели слушаться. У ее ног сидела кошка и равнодушно смотрела в пустое пространство. Девочка забыла как ее зовут и чья она.

Девочка забыла, как зовут ее саму.

Сколько прошло времени?

Разрезая мертвую тишину, тот самый голос вернулся к девочке. Кто-то настойчиво шептал на ухо: «Ила, Ила, Ила…»

Девочка встряхнулась. Потом вспомнила, что Ила, это она. И у ног сидит ее кошка. И зовут ее Маруся. И пришли они сюда за костью. Чтобы спасти папу.

Память обрушилась резко, она отчетливо вспомнила все-все. И узнала голос. Ила вспомнила, что в городе есть жители. Она зажмурилась и представила их, а когда открыла глаза, вокруг нее стояла толпа. Она поняла, что все это время они бегали с ней, но она их не видела. Светлые призрачные люди улыбались ей, протягивали руки. Внезапно толпа расступилась, к Иле подошла высокая женщина. Она вложила в руку девочки какой-то предмет. Ила задохнулась от слез, когда следом подошел полноватый мужчина. Они невесомо обнимали ее, а слезы застилали глаза девочки. Когда она открыла их, то увидела, что стоит за воротами, на зеленом лугу. Перед ней разгоралась вечерняя заря, небо полыхало алым и синим. Густо и пряно пахли травы. У нее ног глубоко, будто просыпаясь, вздохнула кошка. Ила разжала ладонь. В ней лежала круглая, выбеленная временем и ветрами косточка.

Глава девятая, в которой Ила, наконец, понимает подсказку

Отдав ведьме косточку, Ила и Маруся решили незамедлительно отправляться за сундучком. После города мертвых им не было страшно, хотелось лишь скорее все сделать, найти мистера Леномана и вернуться домой. Так как скоро опустилась темнота, пригодился фонарик. Он был мощный, заговоренный. Его резкий свет будил птиц и зверей, которые ворчливо отворачивались от ярких лучей и снова укладывались спать в гнездах и норах.

Тишина мертвого города отпустила их не сразу, но, наконец, путешественницы разговорились.

— Что ты знаешь о сундуке?

— Немного. Лишь то, что он висит на цепях в самой непролазной чаще, куда взрослому человеку ни за что не пробраться.

— Кто повесил его туда?

— Много-много лет назад один сказочник. В нем несметные сокровища, потому за сундуком много кто охотился.

— Его так трудно достать?

— Трудно найти. Тут то же самое, что и с заговоренными самопроявляющимися дверьми. Недостаток веры все портит. И я не думаю, что прежде его пытались достать дети. Кого туда отпустят одних?

Ила с грустью подумала о родном очаге, своей уютной спаленке и о том, вернется ли туда когда-нибудь. Теперь мамины запреты не казались ей чудовищно несправедливыми. Пусть запрещают что угодно, лишь бы вернуться домой. И папу найти. Иначе, зачем все это?

В этот момент, Маруся как вкопанная остановилась на тропинке. Казалось, она готова хлопнуть себя по лбу от внезапной догадки. Но Ила не дала ей договорить, потому что дальше дорога ныряла вниз, в ущелье и идти туда в темноте было опасно. А подняв голову Маруся и сама забыла о своих мыслях. Высоко-высоко в ветвях старого дуба над ущельем висел кованый фиолетовый сундучок. Ночь вступила в свои права и сотни тысяч звездочек отражались в металлических полосках, огибающих сундук. Его ни за что нельзя было разглядеть днем, только теперь, когда он сверкал на фоне сияющего космоса. Но дорогу к нему и дорогой нельзя было назвать. Настоящая сказочная чащоба. Если бы не волшебный фонарик, нипочем не пройти бы к тому самому дубу. Маруся и Ила продирались к нему полтора часа. Девочка порвала джинсы и толстовку. Кеды промокли от ночной росы. Маруся тоже имела потрепанный, даже жалкий вид. На спинку ее прицепились репейники, хвост вымок и жалобно обвис.

Усталые, исцарапанные, выбрались они, наконец, к старому дубу. Луна скрылась в набежавших облачках и Ила осветила ствол своим фонариком. Дорога сюда показалась ей легкой, когда пришлось карабкаться вверх по скользким ветвями. Слава Богу, их было много. Но самое большое разочарование ждало их наверху.

Сундук оказался подделкой.

Кто-то давным-давно снял настоящий, а вместо него оставил ярмарочную картонку. Тут Ила перестала стесняться и заревела в голос. Будто вторя ей, с небес обрушился дождь. Откуда только успели появиться тучи? Они поспешно сползли вниз и побежали к расщелине, которую сверху приметила Маруся.

Осмотрели убежище и остались им довольны. Сухо и тепло. Посидели, обнявшись, погрели друг друга. Потом Маруся шевельнулась:

— Ила! Я ведь что сказать хотела. Я не знаю, как вернемся домой и примет ли нас миссис Леноман крысами, но, кажется, я кое-что поняла!

Девочка внимательно уставилась на кошку.

— Дом дал ясно понять, что мистер Леноман, твой папа, не покидал его стен, так?

— Ну, можно сказать.

— И при этом, он перешел дорогу старой ведьме, верно?

— Как мы выяснили, да.

— Вспомни каминную полку и странную песенку старухи Грин!

Ила с минуту сидела широко отрыв глаза, и уставившись в темноту.

— Не может быть, — наконец протянула она. Но все равно, как нам вернуться домой? Какой во всем смысл, если мы навсегда останемся крысами, а папа будет заключен в бронзе?

— Я не очень-то верю, что ведьма не знала, что сундука давно нет. Зачем она нас сюда отправила?

— Ила… Ила-а… Там в углу что-то есть.

Подружки вскочили, Ила поспешно щелкнула выключателем фонарика. Действительно, в дальнем углу грота стоял высокий, прислоненный к стене предмет. Ила подошла ближе и вдруг вскрикнула, радостно хлопнув в ладоши.

— Маруся! Это что, Сизое ущелье?

— Да, а что… Ааа-а-ах, мр-р-р, мяу! — перешла от волнения на кошачий язык Маруся.

В углу стоял нетронутый, набитый всякой всячиной походный рюкзак мистера Леномана.

— Никто не ходит в поход без звездного серебра.

— Никто.

— А это значит…

Ила не ответила кошке и вместо этого лихорадочно начала обшаривать карманы рюкзака, вертела его и так, и эдак и, наконец, нащупала за ним что-то твердое и прямоугольное. Совершенно ошарашенная, вытащила она из-за рюкзака фиолетовый кованый сундук! Серебряный порошок нашелся в боковом кармашке рюкзака. Девочка поспешно встала, посадила кошку на плечи. Достала из секретного кармана листок с заклинанием и сдунула вперед серебро. На всякий случай, она зажмурилась. Ничего не изменилось кругом, только в глазах заплясали яркие пятна. Ила несмело приоткрыла один глаз и увидела то, что несказанно ее обрадовало — самый обычный навесной лиловый замок! Девочка затарабанила в дверь, пока Маруся нервно царапала дерево снизу. Ошарашенный Пьер распахнул дверь, но еще больше удивился он увидев, что Ила притащила два рюкзака и целый сундук. Он выглянул на улицу, но никого больше не увидел. В это время Ила и Маруся со всех ног бросились в гостиную, где по каминной полке восторженно прыгал крупный бронзовый слоник. Ила бережно взяла его и опустила в карман, Маруся успела пробежать туда и обратно пять раз и когда девочка выскочила на порог, нетерпеливо сбежала вниз по ступенькам.

— Некогда объяснять, Пьер, хватай сундук и беги за нами! Куда? К старухе Грин! Да-да, к ней! Бегом, Пьер!

Эпилог

Илу и Марусю заставили пересказать эту историю не менее сотни раз. Ну, ладно, может раз двадцать. Или десять. Но всем этим они совершенно утомили путешественниц.

Прибыв из командировки, миссис Леноман бодро взбежали по ступенькам крыльца, потом увидела рюкзак, потом их владельца и лишилась чувств, что было совершенно на нее непохоже.

Еще много дней муж клятвенно обещал ей не искать больше приключений и легкого обогащения, жажда которого толкнула его на столь рискованное предприятие. Вместо этого, он, наконец, обосновал теорию заговоренных самопроявляющихся дверей и снискал славу в мировом научном сообществе.

Ила целый месяц не подходила к дедушкиной книге. А когда решилась, с удивлением обнаружила, что ее страниц совершенно пусты.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.